Чернобыль — история ликвидации

Автор этих заметок – Игорь Костин, корреспондент Украинского АПН. Он был единственным фоторепортером, который подобрался к разрушенному реактору.

С апреля по декабрь 1986 года он освещал ход работ по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской атомной электростанции.

"Я постепенно становился в Чернобыле своим. Мне дали ночлег, поставили на довольствие и, что самое важное, давали необходимую информацию. Снимал я много, в основном процесс дезактивации. Как специальные машины поливали дома и улицы раствором, напоминавшим по виду мыльную воду. Занимались этим военные, которых к тому времени в Чернобыле стало МНОГО.

И все же я понимал, что мое место не здесь. Главные события происходили там, куда один за другим вылетали огромные военные вертолеты, до отказа загруженные песком, свинцом, барием, всем тем, что на максимальной скорости доставлялось туда и летело в черное жерло развороченного реактора. На вертолетной площадке творилось нечто невероятное: грохотали двигатели, непрерывно сновали громадные грузовики, вертолеты взлетали, садились, снова взлетали - и так без конца.

Я страшно завидовал пилотам, кто летал к реактору, моя профессия требовала моего присутствия, рассказы очевидцев меня не утешали. Но взять в машину вместо 80 килограммов необходимого песка или свинца никому не нужного репортера никто не хотел.

В конце концов командование ВВС дало мне разрешение, генерал Антошкин, впоследствии Герой Советского Союза, сказал: "Ладно, разрешаю" В ту же минуту об этом узнали на вертолетной площадке. Никаких документов, никаких бумажек с подписями тогда в Чернобыле не было. Люди забыли, что такое бюрократия.

С того дня я произвел более 40 полетов над реактором. Я отснял все этапы ликвидации аварии и захоронения четвертого блока в саркофаг.

Каждый день, начиная с первого, вертолеты совершали по пять вылетов для выяснения обстановки, царящей в разрушенном реакторе.

Дозиметрист замеряет уровень радиационной активности в четвертом энергоблоке. За время ликвидации аварии в жерло реактора было сброшено 5000 тонн различных дезактивирующих материалов.

Ликвидаторы смывают радиоактивную пыль с улиц, деревьев и домов. Жидкость, которой поливали всю зараженную местность, называли "бурда". Эта клейкая субстанция прибивала радиоактивную пыль к земле и склеивала ее.

Большинство ликвидаторов были простыми резервистами, призванными в ВС для содействия ликвидаторским работам, либо служащие войск РХБЗ. Войска не были оснащены соответствующим обмундированием, предназначенным для работы в условиях высокой радиоактивности

Очередная группа ликвидаторов готовится к выходу на радиоактивную крышу четвертого и третьего реакторов.

Те, кто был назначен работать в наиболее опасных зонах, были одеты в собственную форму или одежду, и единственной защитой служили сшитые свинцовые пластины толщиной 2-4 мм и простые респираторы.
Сверху надевались резиновые фартуки.

Основное правило работавших на крыше энергоблока ликвидаторов - "нашел, поднял, донес, сбросил". За те 40-60 секунд, отмеренных для работы на крыше, ничего иного сделать было нельзя, да и не требовалось. Один человек - один обломок. И так сотни

Засветы снизу на фотографии - результат высокого уровня радиации. На остатках крыши четвертого реактора. Люди разгребают радиоактивные обломки и сбрасывают их вниз.

Как правило, каждый из тех, кто убирал обломки на крыше, поднимался на нее только один раз, так как доза радиации которую он получал, соответствовала той, которую обычный человек получает за всю свою жизнь.